Среда, 1 февраля 2023 03:38:18

А. Вершинин. Rogaining. Пермский вариант. - Выступаем на чемпионате мира.

Содержание материала

Выступаем на чемпионате мира.
Ослепительно зелёный газон футбольного поля на окраине чешского села Лезна на западе Чехии. Государственные флаги стран - участниц 5-го чемпионата мира по рогейну. Ряды палаток. У одной из них я и сижу. В руках у меня карта района соревнований с нанесённой обстановкой. Чёткий крупный рельеф, хорошо развитая сетка дорог. Цифры высот, которые пока мало что говорят. На большей части хорошо проходимая местность. Западная часть более лесистая, в восточной части больше открытых пространств. Нет такой жёсткой необходимости, как у нас, до деталей прорабатывать маршрут, учитывая мельчайшие подробности дорожной сети. Принимаю только общий замысел: вначале на юг, потом по часовой стрелке вдоль границы, в удобных местах через КП с водой возвращаемся в центр и вновь на запад к границе, опять по часовой стрелке. КП36, КП50, КП79, КП98 и так далее. Восточная часть карты остаётся на конец ночи и на утро, но про это пока думать рановато. Вспоминаются слова Томашей, сказанные в Перми два года назад: -«После ваших заросших лесов наши будут для вас семечки». Подходит Митя, собирается идти готовить обед, как было ранее условлено. Сегодня он уже первым из наших накормил команду завтраком. Сейчас вот последняя заправка. Я молча машу рукой, надо ли. До старта остаётся чуть более часа. Скоро надо будет переодеваться, готовиться выходить на старт. Ещё зимой решили, что это будет наш последний совместный старт. Отсюда тот налёт грусти и печали, который довлеет над всеми нашими действиями. Усугубляет это многомесячная усталость от сильнейшего нервного напряжения в преодолении того, через что нам пришлось пройти до того, как мы сюда попали. Если хотя бы несколько дней, чтобы отоспаться. Что же ждёт нас сегодня, на какой отметке остановится наша спортивная планка? Тихонько осматриваюсь, как остальные. Ребята настроены по-боевому, ушли с головой в изучение карты, начинают помаленьку собираться, в душе все они уже на дистанции. Рядом, как пчелиный рой, гудит австралийский лагерь. Все деловито готовятся к бою, к преодолению себя и соперников.
В 12.40 подходим к месту старта. Небольшая поляна в стороне от лагеря. По периметру на высоте 50-60 сантиметров натянуто ограждение. В разрыве. симпатичные девушки делают отметку в стартовом протоколе. Спрашивают напарника, взгляд задерживается на наших фигурах. Что-то говорят, отрицательно мотая головой. Не сразу доходит, что речь идёт об отсутствии на нас номеров. Пытаемся спорить, что мы их всё равно потеряем на первых километрах. Судьи вежливы, но непреклонны. Пришлось отправлять Митю в лагерь за выданными накануне номерами на глянцевом ватмане. Поспешно накалываем их на небольшие булавки, выданные тогда же. Последние минуты перед стартом. Обстановка вокруг нас чем-то напоминает ситуацию в пермском транспорте в часы пик. Память не сохранила, каким способом был дан старт. Ощущение, что всё, что было перед тобой, куда-то провалилось.
В обход лагеря, который оказался на нашем пути, мы уходим на юг в направлении КП36. Туда направилась большая часть стартовавших. Перед ним широкое поле, на котором валками лежит что-то. Кто-то уходит вправо, на запад, там дорога. Приличная часть толпы, в первую очередь чешская молодёжь, рвёт прямо по скошенному. Никакой информации от организаторов на старте о допустимости этого я не видел. В то же время привычка планировать по худшему варианту и богатое воображение уже рисуют в голове стоящих впереди судей на дистанции, торопливо записывающих номера команд - нарушителей для исключения их из финишного протокола. Невольно пытаясь переступать через валки, решительно ухожу вправо, на дорогу. Это сразу удлиняет наш маршрут метров на 600-700. КП36 находится в правом углу кармана врезания поля в лес. Метров 100 не доходя, показываю туда Мите рукой. Там уже толпа. Подхожу. Митя в растерянности стоит, поджидая меня. Нет КП. Я быстро делаю круг влево, вправо, проверяя ближайшие перелески, там не тронутая трава. И возвращаюсь обратно. Толпа исчезла, несколько девочек - чешек стоят группой на её месте. Я подойдя к ним, топаю ногой. КП должно быть здесь. Девочки оглядываются и расступаются: не далее как в 1,5-2 метрах впереди меня на земле развёрнутая папка с контрольной картой намерений. Митя в растерянности смотрит на меня: эту папку он уже видел в самом начале. Сам контрольный пункт с компостером отсутствует. Быстро отмечаемся и срезаем через лес к дороге, ведущей к следующему КП50. Надо догонять ушедших вперёд. Рикошетом вдоль забора, отмеченного на карте, выходим на дорогу в районе ближайшего к ограде перекрёстка и включаем секундомер. До следующего по карте отворота около километра, 10 минут можно не обращать внимания ни на какие другие отвороты. А вот впереди и какая-то сильно растянувшаяся группа в составе нескольких команд. Легко догоняем последних. Это же наши. Отставшая Наталья Земскова, что-то дожёвывает, похожее на яблоко, на ходу таким образом пополняя водные запасы. Не останавливаясь, проскакиваем несколько отворотов, мы уже ближе к середине группы. А вот, судя по времени и рельефу, нужный нам отворот вправо. Впереди, примерно 100 метров вперёд и 250 метров влево, КП50. Сразу за поворотом вправо есть и поворот влево, отсутствующий на карте. Спускаемся по нему метров 180-200, впереди нас идёт по дороге Герман Николаевич. Сегодня у него первый старт в рогейне за всю его богатую приключениями жизнь. Голоса остальных, идущих наискосок, слышны где-то справа и чуть сзади. Круто сворачиваем перед ними вправо и с ходу вылетаем на заилившуюся площадку, обнесённую невысоким бруствером. По легенде это пруд, но дно достаточно уверенно держит нас, местами чуть-чуть проваливаясь. С ходу отмечаемся перед уже близко звучащими голосами и уходим дальше. Сегодня это последние голоса соотечественников, услышанные нами на маршруте. Где-то внизу, примерно в 1,5 километрах впереди, недавно оставленная нами дорога пересекается ручьём. Через 500 метров после ручья вправо уходит отворот дороги, которая только метров 450-500 не доходит до КП79. Мы уже вышли наискосок к дороге, спускаемся по ней вниз к ручью. А вот и он. Лес вполне проходимый, нет смысла идти до отворота. Привязка жёсткая, от неё до КП79 около километра. Круто сворачиваем вправо, идём по азимуту. Легенда - вершина горы. Постепенно подымающийся склон почти не вызывает усталости. Лес давно не чищен, много мелкого сушняка, потрескивающего под ногами. Мох, боровые синявки, местами попадают лисички. Десять, двенадцать минут движения, внимательно следим за местностью, рельеф очень плавный. В заросшем лесу не так и просто найти самую высокую точку. Впрочем вот и КП79, метрах в 40-50 слева от нас. Отмечаемся и сразу уходим в сторону КП98 в самом низу карты. До него около 3 км. Вначале наискосок надо выйти на знакомую нам дорогу, которая чуть более километра впереди пересекает заболоченную пойму, её конечно лучше перейти по дороге. Потом по дороге, которая к тому времени уже выходит на поля, ещё километр до пересечения с автотрассой. Метров на 300-400 впереди нас идёт какая-то пара, за нами на током же отрыве - несколько команд. Сворачиваем на автотрассу вправо, проходим метров 350 до каких-то жилых построек. За ними лес. Там в метрах пятистах влево под углом примерно 70 градусов к дороге на слиянии двух речек КП98. Для подстраховки уходим чуть левее. В это время нас догоняет смешанная команда: двое парней и одна девушка, поджимая нас ещё левее; там через деревья уже виднеется большое поле. Поворачиваем вдоль речки назад. Уклонились, видимо, основательно, так как КП98 всё нет и нет. Тройка где-то осталась позади, присели передохнуть, собраться с мыслями. Да, видимо здесь небольшое искажение карты, впрочем вот и КП98. Есть первое 100-очковое КП. За время, чуть более двух часов, набрали около 250 очков. Наискосок выходим на автотрассу. Дорога уходит вниз. Парочка уже далеко впереди. Вскоре нас обгоняет и тройка. В отличие от нас они бегут. На курточке одного из них надпись, которую Митя переводит, как «Французский спортивный клуб». Но, скорее, это не французы, а судя по их резвости, латвийцы, будущие победители в смешанной открытой номинации. Ну что ж, попробуем здорово не отстать. До КП80, куда явно нацелились и наши конкуренты, остаётся ещё около 3-х километров. Поворот дороги, ещё поворот, прямой, почти километровый, отрезок. В конце его, там где уже находятся наши соперники, дорога чуть изгибается, огибая подошву горы, на обратной от дороги стороне которой находится КП80. И что делают наши конкуренты. На наших глазах они доходят до основания перпендикуляра, опущенного на дорогу от КП и друг за другом лезут в гору. Вот и попались, голубчики. Не доходя до горы, сразу после пересекающей дорогу речки мы сворачиваем в лес. И подымаемся по склону наискосок, срезая тот угол, который выполнили впереди идущие команды. Да и подыматься вдоль склона значительно легче. Основная вершина остаётся чуть слева, но мы не выдерживаем и подымаемся выше. Тройка углубляется в лес по пологой террасе вправо, парочка ушла значительно левее, наша команда между ними. Что-то непонятное. Мы только что спустились с первой, самой высокой горизонтали, до КП80 по карте 100-150 метров, а тройка уже где-то дальше. Впрочем они у КП. Надо и нам отметиться. Тройка уходит дальше в сторону КП59, мы возвращаемся обратно на автотрассу, берём курс на КП99. Густой молодой сосняк, колючая ржавая проволока рикошетом направляют нас почти по перпендикуляру, мы практически возвращаемся по пути, по которому поднимались наши соперники. Впрочем, вот и они, выходят на дорогу в 100 метрах перед нами, сумев где-то срезать через колючие заграждения. Митя изумлённо смотрит на них.
- Это же Нейл Филлипс, президент Международной федерации рогейна с женой!
Догоняем. Короткий диалог на английском. Митя что-то по-английски говорит, отвечает, потом в затруднении смотрит на меня. Я чуть-чуть ускоряюсь, пытаясь его выручить.
- Рассказывал о своем младшем сыне. Он влюблён в рогейн. Постоянно тренируется, участвует в соревнованиях. Там соревнования проводятся регулярно. Спрашивал, чем я ещё занимаюсь, что делаю сейчас: работаю или учусь. А я не знаю, как сказать по-английски, что собираюсь поступать.
На изгибающемся во все стороны отрезке автострады примерно в 1,5 километра мы уходим от соперников, потом по уходящему влево отрезку дороги переваливаем через боковой гребень стоящей перед нами горы и спускаемся в чистенькую долину с речкой. Долина ещё примерно 350 метров уходит вправо, потом идёт почти параллельно с линией азимута на КП, не доходя до КП99 метров 350-400. Если прямо, до КП метров 800-900. Не задумываясь, выбираю дорогу напрямик. Крутой подъём, заросший лесом, перехватывающий дыхание; далее по основному гребню до вершины. Опять густой сосняк, какие-то старые заграждения, ряды ржавой колючей проволоки. Они напоминают, что в четырехстах метрах за контрольным пунктом - государственная граница с Германией. Правда, это вспомнится потом. Пока нам не до этого. Мы рвём на КП99. И только когда метрах в 25-30 слева вспыхивает красно-белое пятно контрольного пункта, пока Митя записывает номер команды, время отметки и номер следующего КП40, на который мы планируем сейчас отправиться, в контрольном листе намерений; пока он компостером отмечает нашу командную карточку, я чуть-чуть перевожу дух. Есть ещё сто очков. И направляюсь в направлении КП40. Митя уже рядом. Мы спускаемся вниз, проходя через конец той самой долины. Но об этом не думаем, нам сейчас нужна дорога, которая где-то ниже пересекает наш путь. И мы прорываемся через какие-то заросли, кусты, под ногами высокая трава, какие-то неровности, ещё что-то. Из этого состояния выводят отчаянные крики: -«Дмитру! Дмитру!». Чуть сбоку навстречу нам направляется Нейл Филлипс с его раскрасневшейся спутницей. На ходу он достаёт из рюкзака фотоаппарат, что-то возбуждённо говорит, но мы, выбитые из рабочего режима, его не понимаем. Президент явно восхищён, как российская команда с ходу, с почти километровым азимутом через лес, взяла один из сложнейших контрольных пунктов. Ну это для вас, австралийцев, лес - преграда, мы же с Урала, и лес у нас ещё есть. Он фотографирует нас, что-то продолжая говорить. Как сказал позднее Митя, похоже просил, что бы мы двигались на фотоаппарат. Но им вверх, мы же уходим вниз. Нас ждёт КП40 и вода, как указано в легенде. Это полтора километра по полевым и лесным дорогам. Идём в спокойном ритме, надо попутно и чуток отдохнуть, сбросить напряжение. Способствует этому и ситуация на КП40. Стопки чистых бумажных стаканчиков. Не смущает паренька-чеха и просьба налить воды с собой. Он достаёт воронку, наливает банкой из стоящей рядом фляги. Но почему-то всё хорошее быстро кончается. В двух километрах на северо-восток нас ждёт КП81. Пытаясь растянуть удовольствие, без малого полтора километра идём по дороге. Но мы уже заметно уклонились влево. КП81 находится чуть правее, до него примерно 800 метров через глубокую болотистую заросшую лощину и длинный крутой подъём. Чтобы чуть-чуть перевести дух, иду вправо немного наискось к подъёму. Не самый лучший вариант, который удлиняет путь. Да и на КП81 мы выходим практически с юга. В районе контрольного пункта завалы валунов, лесоповал, заросли, с большим трудом выбираемся оттуда на проходящую западнее лесную дорогу. Лёгкий плавный спуск, можно немного перевести дух. И вновь крутой подъём. Гряды практически недоступных валунов порой в несколько метров высоты. Где-то вверху КП100. Легенда - вершина горы. Я с трудом выгребаю вслед за ускользнувшим вперёд Митей на вершину. А его нет. Прохожу вперёд. КП100 на маленькой террасе за вершиной вплотную к скальной стене правее от меня за выступающими чуть вперёд камнями. Что-то из стиля установки КП начала ориентирования в шестидесятых годах. Ночью его можно и не заметить, хотя оно и будет прямо под вашими ногами в 2-3 метрах вниз и немного в сторону. Что впрочем и случилось ночью с соликамцами. Они брали КП100 как и мы, в лоб. И поднявшись на вершину, не увидели контрольного пункта. Грубейший случай нарушения принципа спортивной справедливости со стороны службы дистанции. Но это будет потом. А пока я вижу Митю, оживлённо разговаривающего с австралийцами, на площадке ниже вершины. Увидев меня, он машет им на прощанье рукой и направляется в мою сторону. Ещё 100 очков в нашей копилке. Правда через 2-3 километра выясняется, что заговорившись, Митя записался на КП100, но не отметил компостером нашу командную карточку. В это время, увлёкшись соревнованием с несколькими командами соперников, которые, как пчёлы на мёд, слетелись к 100-очковому КП, мы сумели не менее чем на километр уклониться от маршрута влево. Да ещё метров 200-300 понадобилось, чтобы определиться, где мы находимся. Так нас бог обоих предупредил о недопустимости такого темпа в условиях сильно пересечённой местности. Отойдя немного от последнего КП, надо было немного передохнуть. Не знаю, дало ли нам это что-то в стратегическом плане, но попробовать надо было. А тогда, чуть переведя дух, мы рванули исправлять ошибку в направлении движения. Правда теперь уже не по азимуту, движемся по дорогам, стремясь максимально близко подойти к следующему КП82 по ним. Так легче и значительно проще выходить на очередное КП. Это нам удаётся, но сколько потеряно времени на преодоление более длинного пути. И вновь высокие кочки, трава. Дорога по ним кажется бесконечной. Кстати, это мнение и других участников. В условиях движения по болоту или другой труднопроходимой местности восприятие расстояния сильно искажается в сторону увеличения. Но вот и КП82 на слиянии двух ручьёв.
Сразу цепочка ошибок на пути к КП101. Это говорит о сильной усталости. Мы берём его почти через два часа. Это четвёртый 100-очковый КП. И почти не реагируем на КП39, который намеривались перед этим взять по дороге на финиш. Он остаётся в пятистах метрах слева. Цепочка движущихся огней указывает к нему дорогу. Это направляются в нашу сторону с КП39 участники чемпионата. А мы, поглядев друг на друга, отправляемся на финиш. По дороге ещё постоим с местными жителями, которые услышав русскую речь, подойдут к нам, будут долго расспрашивать о жизни в России, вспоминать о своих личных контактах с нашей страной в их прошлой жизни. Только после десяти вечера появимся в административной зоне, сдадим судьям командную карточку, расскажем о своём проколе на КП100, где записавшись в контрольный лист намерений, не закомпостировали командную карточку в соответствующем квадрате.
Судьи дружно показывают рукой на освещённую дорожку к большой армейской палатке. Там ужин. Но мы вначале идём к своей палатке, скидываем снаряжение, умываемся. И направляемся к освещённой дорожке. Справа от входа длинный ряд столов. Бутерброды, булочки, конфеты, печенье, термоса с чем-то. Стоящей впереди девушке накладывают гуляш с рисом. Мы дружно киваем головами: нам также. Получив дополнительно по 330-граммовой банке энергетического напитка, взяв на столах по паре бутербродов, которые тут же делают чешские девушки, направляемся к столу. У стен палатки стоят большие бутыли с апельсиновым соком, тут же рядом чай, в ящиках намытые яблоки.
Разрешив сыну спать до часу ночи, сам сажусь прорабатывать варианты дальнейших действий. Самый простой из них: спать до утра. При общей усталости, усиленной ещё и сильно пересечённой местностью, это лучший выход. Да и результат потом на финише будет выше. Но надо обязательно попробовать свои силы в поисках контрольных пунктов ночью в незнакомой местности, испытать наше снаряжение в боевой обстановке. Упустить такой шанс - большой грех. К тому же в глубине души тлеет надежда, что организм мобилизуется в такой ситуации к утру, днём мы ещё повоюем. Сколько раз бывали в порой на первый взгляд безвыходной ситуации. Останавливаюсь на лесном западном варианте района работы. Дороги в лесу хорошо читаются ночью, что для моего зрения немаловажно. Намеченная цепочка контрольных пунктов КП54, КП75, КП69, КП53, КП90, КП102 ведёт к очередному 100-очковому КП. Правда требуется марш-бросок километров 6-7 для выхода в этот район, но ведь можно и выйти из лагеря пораньше. Да и дороги здесь для ходьбы прекрасные, одно удовольствие. Приняв решение, в 12 часов ночи подымаю Митю. Получив командную карточку у судей, направляемся в сторону дороги на запад. На карточке жирными красными крестами зачёркнуты сосчитанные судьями закомпостированные квадраты, выведен промежуточный результат.
Моросит лёгкий дождь, настолько мелкий, что практически не мочит, белесым полукругом светится в лучах светодиодного фонарика. Через каждые 200-300 метров навстречу попадаются идущие к лагерю пары. Уставшие, кто-то прихрамывает, кто-то чуть перебирает ногами, они идут к лагерю. Но всё также звонко и приветливо звучит приветствие: «hi». Одновременно с приветствием мы им салютуем уходящими высоко вверх световыми столбами поисковых фонарей. Переходя с дороги на дорогу, выходим к нужному перекрёстку. В 500 метрах от перекрёстка влево и метрах в 200 в сторону от дороги КП54. Включаю секундомер. Одновременно слежу за рельефом. Должно быть возвышение рельефа, выходящее на дорогу. Ночью рельеф читается не очень чётко, за бугор принимаю очень плавно изменяющийся сам склон. Темные места дороги вдали внизу под лучом фонарика выглядят, как снижение рельефа. В сторону КП густой сосняк, не убранные завалы после санитарной рубки. Душой понимаю, что ни один начальник дистанции не полезет сюда ставить контрольный пункт. Но только после основательной проверки опять выходим на дорогу, чуть проходим дальше. Вот оно, настоящее возвышение рельефа. Справа просветы чистых проходов. А вот и КП54 на бугре, ярким цветовым пятном вспыхнувшее в лучах фонариков. Бугор даже чуть ближе к дороге, чем по карте. Возвращаемся назад до перекрёстка, направляясь к следующему КП75. До него около трёх километров. Легко выбираем нужные направления на перекрёстках, длинный подъём вверх, что-то давно их не было. Поднявшись на верхнюю площадку рельефа, берём азимут в сторону КП. Планируемое время по секундомеру кончается, об этом сигнализирует и начавшее снижение рельефа. Мы в требуемой точке. По легенде северная сторона валуна длиной 20 метров. А вот и сам валун. За ним резко падающий вниз склон. Самые тщательные поиски ничего не дают. Вправо и влево уходящий вниз склон. В это время появляются новозеландцы. Двое мужчин и женщина в накидках, чем то напоминающие людей с Кавказа в их бурках. Лёгкий уверенный шаг, красивые мужественные фигуры, ничем не напоминающие о трёх часах ночи. На мой взгляд, это будущие победители в смешанной группе суперветеранов. Только одержимые могут работать в такое время, в таком темпе. Они веером прочёсывают ближайшие места вокруг, быстро перемещаясь в пространстве. Возвращаются назад к привязке, через некоторое время опять появляются на склоне. Мы уверены, что КП75 где-то здесь, поэтому никуда не уходим, пытаясь отрабатывать различные варианты. Чувствую, что уже не хватает воображения, наравне с появляющимся отчаянием. Отмахать более 3 километров в темноте, убить уйму времени и распрощаться с честно заработанными 70 очками. В этот момент слышу приглушённый Митин возглас: - «Нашёл!». Он спускается прямо вниз далее того огромного валуна, на который мы вышли в самом начале. Там на склоне ещё один такой же огромный валун. С северной стороны, откуда мы идём, к нему приставлена железная лестница. Наверху КП75. Днём его с верхней точки видно, наверное, как на ладони. Лёгкий юмор начальника дистанции. Ночью это стоило больших сил и волнений, значительной потери времени. Не знаю, взял ли его кто-то ночью, кроме нашей команды. Хотя в отличии от КП100, здесь всё строго корректно в части карты и легенды. По тому, как стоит кружок, центр его может приходиться как на перелом рельефа, так и на уклон. В этом случае, наверное, должно быть что-то уточняющее для команд, берущих его ночью. А может быть, работающая ночью команда должна быть более опытной и сообразительной.
Азимутом выходим на дорогу к КП69. До него менее трёх километров. И опять повторяем ошибку, как на КП54 и КП75. Сворачиваем чуть раньше. Потеряв прилично времени на параллельную ситуацию, возвращаемся к дороге, проходим чуть дальше и вновь в сторону. Контрольный пункт почти в 500 метрах от дороги. И сразу крутой сильно заросший спуск. На востоке небо светлеет. Время около четырёх часов утра. Мы идём какое-то время вдоль где-то в кустах журчащей речки, потом пересекаем её чистые прозрачные струи вброд, ещё не зная, что именно она будет тем Тихим океаном, на котором наша мужская семейная команда закончила свой поход. Больше мы, не смотря на все попытки, не взяли ни одного контрольного пункта.
Каковы спортивные итоги пятого чемпионата по рогейну? Во-первых, резко возрос спортивный уровень. Если на предыдущих чемпионатах в конце протокола в количестве взятых контрольных пунктов можно было увидеть цифры 2, 1 и даже нуль, то на пятом чемпионате по рогейну с четырьмя 100-очковыми КП, несколькими КП стоимостью 80 и 70 очков наша семейная команда была четвёртой с другого конца мужского финишного протокола.
Подтвердили свою высокую репутацию родоначальники рогейна, не смотря на то, что выступали в непривычных для них лесистых районах, своим первым местом в абсолютном зачёте и в ряде номинаций чётко показав, кто в доме хозяин. Правда далось им это в непростом соперничестве с чехами. Поражает результат, показанный чемпионами мира. Когда на финише подсчитали длину маршрута победителей, он составил 130 километров по ломанной, соединяющей взятые КП. Можно только догадываться о его фактической протяжённости. И поверьте, в большей части по очень и очень не простой местности.
Может быть не так, как им хотелось, но очень хорошо показали себя чехи. Прекрасный уровень как в выступлении команд, так и в организации чемпионата мира, хозяевами которого они были. Наверное, это тот самый случай, когда отдельные мелкие недостатки только подчёркивают остальные достоинства.
Удивили латвийцы. Они не постеснялись взять всю имеющуюся и доступную информацию, в том числе и у нас. В результате сумели взять первое место в группе смешанных команд, что достойно уважения.
На этом фоне неудовлетворительным в смысле достигнутых спортивных результатов выглядит выступление команд России. Мы выступали в «лучших» традициях и продолжателями дела ряда руководителей олимпийской команды России в Солт-Лейк-Сити, когда под предлогом того, что призовых мест в этих дисциплинах России не светит, часть олимпийской сборной была отправлена домой. Нас домой, конечно, никто не отправлял, но занимались в период подготовки только паспортами, визами, билетами и примусами, считали с организаторами деньги. Всё остальное было пущено на самотёк. Ладно бы, если это касалось чего-либо сложного или дорогостоящего. Отсутствовали элементарные вещи. Не было проведено ни одной совместной тренировки у ряда команд, то есть участники встретились только на чемпионате мира. У большинства команд отсутствовали международные правила по рогейну, не говоря уже о проведении занятий по их изучению. У членов команд не было страховых полисов, без которых сегодня не выезжают за рубеж даже простые туристы. А зачем заниматься, если первыми всё равно не будем? Отсюда ряд невольных нарушений самых различных пунктов правил на чемпионате, недовольство всех команд своим выступлением. А ведь были российские команды, практически полутора ногами стоявшие на призовом месте. Голова даже не берёт такую ситуацию, как наличие у кого-либо травмы. Это было бы каким-то кошмаром: лечиться за доллары при нашей-то нищете.