Среда, 1 февраля 2023 02:46:52

А. Вершинин. Rogaining. Пермский вариант. - Глаза боялись, ноги делали...

Содержание материала

Глаза боялись, ноги делали...
Газета «Звезда» 13 августа 2002 года. Пермь. Журналист Наталья Земскова.
«А почему о вашем рогейне не пишут в «Советском спорте?» - спрашивают родные и близкие, загружая меня в поезд Москва - Прага. И в сотый раз приходится объяснять, что рогейн в России совсем неизвестен. Что родился он в Австралии 30 лет назад. И что Пермь - единственный город, где есть кучка энтузиастов, которые три года назад объединились в ассоциацию, провели здесь несколько стартов (в том числе чемпионат России), а теперь вот едут на «мир».
- А кто их командировал?
- Сами себя и командировали. Установили связь с Международной Федерацией Рогейна (IRF), заплатили стартовый взнос, оформили визы, взяли отпуск на работе и поехали бегать по Чехии. Поскольку этот вид спорта любительский, в старте могут участвовать все - от юниоров (до 18 лет) до суперветеранов (55 и выше). Самому взрослому члену нашей делегации, Герману Шестакову - 70. Самому юному, Мите Телицыну - 17. После австралийской и чешской пермская делегация самая многочисленная - 23 человека. Из бывшего Союза на чемпионат мира приехали литовцы, украинцы и эстонцы. Много американцев, новозеландцев, немцев, поляков. Из других стран представлены Финляндия, Венгрия, Голландия, Дания. На открытии подняты флаги двадцати государств.
Место проведения: западная область Чехии близ границы с Германией. Количество участников - 491.Территория - 200 квадратных километров. Масштаб карты -1:50000.
Нормальному человеку кайф от рогейна никогда не понять. Сутки до Москвы, тридцать шесть часов до Праги, ещё четыре часа до посёлка Лезна (непосредственное место события) и всё ради того, чтобы день и ночь носиться с картой по лесам и горам в поисках контрольных пунктов, не разбирая брода. Да ещё за личные деньги. Поэтому рогейнеры предпочитают не распространяться о своих забавах среди посторонних. Другое дело - посвящённые. Сразу после финиша они буквально приклеиваются к картам и не отрываются от них до Перми, обсуждая коварство КП, лишние накрученные круги и каверзы маршрута. Только тогда я понимаю капитана команды рогейнеров Германа Шестакова, включившего меня в стартовый протокол и бросившего на дистанцию наравне со всеми, невзирая на то, что компас до этого мне приходилось видеть только на картинках.
- А то не прочувствуешь...
Чувства, впрочем, обостряются сразу, когда нас в кромешной ночной тьме выгружают на лужайке футбольного поля, где должен вырасти лагерь. К признакам цивилизации относятся специально доставленные туалеты, бочка с питьевой водой и временный бар. Умывальники под открытым небом живо напоминают Россию. Палатки, питание и прочий набор туриста у каждого с собой. Примусы и сухое топливо заставляют вздохнуть о костре, запрещённом на европейских лужайках.
Моросит мелкий дождь.
То, что этот чемпионат мира напоминает турслёт, бросается в глаза ровно до середины следующего дня. В 13.00 дают старт, и огромная толпа вмиг разлетается в разные стороны. Рогейн - это длинное ориентирование на пересечённой местности. Команды, состоящие из двух - трёх человек, работают днём и ночью, используя фонарики. Некоторые, впрочем, устраивают привал или возвращаются в лагерь на самое тёмное время суток. Самые крутые не останавливаются ни на минуту, предпочитая брать сложные КП, за которые присуждают наивысшее количество баллов. «Чайники» (их почти нет) наслаждаются процессом.
Ну покружите вокруг лагеря, что ли, - печально советует напоследок Саша Вершинин. - А то забредёте в Германию, ищи потом...
К счастью для меня, в профессиональной команде пермяков отыскивается ещё один неофит. Роза Сабирова, художник - модельер из Краснокамска, приехала болеть за мужа, но вместо этого нам вдвоём приходится играть в игру, которая называется «как не потеряться в иностранном лесу площадью 20 тысяч гектаров, достойно представляя родное государство».
Всё классно, - поддерживает нас чемпионка России по рогейну Любовь Зотина. - Уж тренироваться, то на чемпионате мира, а не в Черняевском лесу.
Но если честно, очень страшно...
Чтобы выжить, первые пять КП мы берём, сев на хвост Герману Шестакову и Стасу Кучинскому, которые выступают в номинации мужчин - суперветеранов и, следовательно, не могут опасаться нашего соперничества. Но часов через пять становится ясно, что угнаться за ними невозможно и полагаться надо на самих себя. Благо, к тому времени мы уже отличаем север от юга и гору от болота. Полюбовавшись на границу с Германией с одной стороны и горы на горизонте с другой (совсем как Уральские, только повыше) направляемся в лагерь по азимуту, решая по ходу брать близлежащие КП. Дорога то и дело разветвляется, мы куда-то сворачиваем, тщетно ловя шум шоссе, которого нет. И если в первые часы соревнований то там, то сям мелькают летящие в суперснаряжении пары, легко приветствуя нас криком «hi!», то сейчас вокруг никого, кроме деревьев, грозно темнеющих в сумерках.
- Далеко всё равно не уйдём, - утешает меня Роза. - Но пока хватятся, пока найдут...
- Найдут - найдут.
- Ты ладно, всё же по работе... тебе писать... а я-то дура - куда полезла...
- Не ты одна. Был лыжник, негр из Камеруна.
- Уже негры чёрные в глазах...
- Ну на Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити был лыжник, негр из Камеруна... Пришёл ещё последний. Прям как мы...
Истерический хохот на весь лес никто не слышит, но он помогает справиться с паникой. Перекусив курагой на обочине и запив её минералкой, пускаемся в путь дальше и уже через полчаса прыгаем от радости. Среди чёрных ёлок явно белеет стена дома. Оказалось, вовсе не дом, а католический павильон Девы Марии с младенцем Иисусом: небольшая скульптура в цветах за стеклянной дверцей в специальной нише. Рядом, на дереве, контрольный пункт. Вот он, прямо у самой дороги! И пусть за него дают не сто, а всего лишь двадцать очков, мы мгновенно ориентируемся и понимаем, что идём верно. Только очень долго...
В Лезну возвращаемся с наступлением ночи. Опять принимается дождь. В лагере единицы. Но уже работает полевая кухня, чехи предлагают fast food и свечки на столиках. Роза исчезает в палатке, а я ещё часа полтора с перепугу рассказываю двум австралийкам - Маргарет и Марии, - где находится Пермь и какие там подходящие леса для рогейна. Австралийки приехали с мужьями - профессионалами, которые бегут всю ночь. Мой институтский английский после длительного пробега поразительно совпадает с их родным языком, и я делаю вывод, что рогейн - это то, что способствует взаимопониманию народов.
Едва рассветает, возвращаемся на трассу. Финиш в 13.00 - впереди ещё уйма времени и не взятых КП. И вот тут-то, когда весь мой организм требует тёплого спальника, а ноги уже нестерпимо вопиют о горизонтальном положении, я начинаю ощущать внутри странный трепет. Что-то манит, зовёт и тянет. Вот же он, 43 КП, совсем рядом, километра два с половиной. Так, так, потом так... Через пастбище, но без болота. Вмиг пролетаем половину дистанции, немного петляем, и р-р-рраз - красно-белая призма озорно мигает на сосне.
Никому она, конечно, не мигает, но в сердце мгновенно разливается счастье от пробитой компостером карточки. Нашли!!! Сами!!! И даже понимаем, где находимся. Теперь ясно, ради чего живут эти рогейнеры. Кайф сменяется диким азартом, с которым мы мысленно бежим по карте и, наконец, выбираем один из самых сложных пунктов - 85-й. Метрах в пятистах от дороги, в чаще, среди болот. Вскоре выясняется, что на него нацелились и австралийцы, на которых натыкаемся на самом сложном участке. Летим, не разбирая дороги, проваливаясь в тину, и продираясь сквозь кусты. И первые добираемся до заветной точки. Коллеги идут буквально след в след - жалко нам, что ли?
До финиша - час. До Лезны - три километра. Карточка пробита в девяти местах. Пять пунктов нам вчера «подарили», но четыре заработаны сегодня честным трудом!! Наших не видели сутки - все мысли только о них. Ведь собираясь в Чехию, мы только примерно могли судить, как будем выглядеть на международном уровне.
Самая сильная наша команда - Анатолий Осокин и Андрей Липин из Соликамска, заявленные в открытой категории мужчин (men open) - сразу наметили себе самые дорогие пункты. Те, к которым можно подобраться только по болотам и по скалам. У обоих классная подготовка и необходимое снаряжение. Другая наша надежда - Игорь Крюков - Владимир Левицкий, Андрей Путилов - Алексей Самойлов - выступают в номинации мужчин - ветеранов (men veteran). Все брали первые места на пермских стартах. Сильные пары Валерий Сыропятов - Игорь Талызин, Лев Артёмичев - Александр Якимов, Александр Вершинин - Дмитрий Телицин - кстати папа с сыном (men open) И, конечно же, Любовь Зотина - Александра Долганова среди женщин - ветеранов (woman - veteran). Все они отлично работают ночью и приехали сюда за результатом. Между прочим, результатом для себя, своего личного достоинства, а не для карьеры и зарплаты. Вообще, для чего им нужны рогейн и победа в рогейне, это отдельная тема, которой можно посвятить исследование. Здесь не всё просто. Но газетная площадь не вместит пространных рассуждений, а коротко изъясниться нельзя. В общем, редкие это люди...
Финиш проходит легко и даже празднично. Наконец-то находим своих. Все лежат по палаткам, и по скудным ответам на вопрос «ну как?» ясно, что результатом никто не доволен, как и положено профессионалам. Нас отыскивает Нейл Филлипс, президент Международной Федерации Рогейна (IRF), и возбуждённо объясняет:
- Мы и представить себе не могли, что из России, страны, в которой о рогейне никто не слышал, приедет такая команда. И все из Перми. А ведь это три тысячи километров отсюда. Мы тоже летели из Австралии 22 часа. Но рогейн - наш коронный вид спорта.
Какое-то время мы разговариваем о пермской ассоциации рогейна, позиции Москвы и возможности провести у нас чемпионат Европы. Счастливы, что посмотрели друг другу в глаза и теперь будет легче связываться по Интернету.
Часа два проходит в ожидании результатов. Все уверены, что первые места у австралийцев и чехов, что соответствует истине. Наша команда выглядит так: Кучинский - Шестаков - 6-е место среди суперветеранов, 1160 баллов. Зотина - Долганова - 4-ое место среди женщин - ветеранов, 580 баллов. На них нет лица. Такое невезение бывает редко. К вечеру первого дня они потеряли карточку с отмеченными КП, и их не засчитали.
Крюков - Левицкий - 7-е место среди мужчин - ветеранов, 2490 баллов. Осокин - Липин - 19-e место в открытой категории мужчин, 2560 баллов. Сыропятов - Талызин - 31-е место в открытой категории мужчин, 2060 баллов. Для сравнения, первое место в сводном протоколе и в своей номинации мужчин - ветеранов у Дэвида Роуландса и Грега Барбоура (Австралия/ Новая Зеландия) - 4140 баллов. За ними идут Петр Баранек и Мирослав Сейдл (Чехия), которые стали лучшими в открытой категории мужчин - 4040. Это чемпионы открытого первенства России 2001 года. В открытой женской номинации лучшие Жюли Куин и Кей Хасма (Австралия) - 2460 очков. В группе мужчин - суперветеранов - австралийцы Лейт Пиветт и Роб Тейлор - 2970. В смешанной группе суперветеранов - Анне Кенеди, Билл Кенеди, Петер Скьюрес (Новая Зеландия). В мужской юниорской группе - Петр Мартинек и Йири Янса (Чехия) - 3090. В смешанной группе ветеранов лучший результат у Владимира Хора и Магды Хоровой (Чехия) - 3190. В смешанной открытой номинации у Гюнтарса Манкуса, Раймондза Лапинша и Аниты Лиепины из Латвии - 3420. Ну а мы с Розой на 16-ом, последнем месте среди женщин, с суммой 440 баллов. “С премьерой!” - кричит мне Игорь Крюков. - Следующий чемпионат мира в 2004-м, в Аризоне!
Поздно вечером все собираются на костёр - чехи поют под гитару на странной смеси фолка и кантри. Австралийцы очень стремятся к общению и постепенно я привыкаю к их английскому. И к этому событию, которое теперь уже история... .